Как лечат рассеянный склероз в Китае

1. Что происходит при рассеянном склерозе

Рассеянный склероз — аутоиммунное заболевание центральной нервной системы. Иммунные клетки атакуют миелин, оболочку нервных волокон в головном и спинном мозге и в зрительных нервах. В местах атаки образуются очаги демиелинизации, и проведение сигнала нарушается. Симптомы зависят от того, где оказался очаг: онемение, слабость в конечностях, двоение, снижение зрения на один глаз, шаткость, тазовые нарушения.

Форм болезни несколько, и разница между ними принципиальна.

Почти все препараты, которые сегодня реально работают, бьют по воспалению. Поэтому при «тихом» прогрессировании выбор заметно беднее — и именно здесь за последние два года впервые появились зарегистрированные и заявленные варианты (об этом в разделе 4).

Стратегически важно одно: повреждение накапливается, погибшие аксоны не возвращаются. Задача лечения — как можно раньше подавить воспаление, чтобы сохранить нервный резерв. Отсюда критерий успеха: не «самочувствие сегодня», а отсутствие обострений и новых очагов на контрольной МРТ.

---

• Ремиттирующая форма — примерно 85 % дебютов. Обострения сменяются ремиссиями, ведущий механизм — воспаление.
• Вторично-прогрессирующая — часть ремиттирующих случаев со временем переходит в неё: обострения редеют или исчезают, а нарастание инвалидизации продолжается.
• Первично-прогрессирующая — 10–15 % случаев, болезнь с самого начала идёт без явных обострений.

2. Диагноз: критерии Макдональда в редакции 2024 года

Диагноз ставят по критериям Макдональда. Действующая редакция — 2024 года, она опубликована в *The Lancet Neurology* в 2025 году и стала первым крупным обновлением с 2017 года. Её готовила международная комиссия под эгидой ECTRIMS и National MS Society.

Что нового по сравнению с редакцией 2017 года:

Важная практическая деталь: российские клинические рекомендации могут опираться на редакцию 2017 года. Если формулировки в китайском и российском заключении расходятся, это чаще всего разные редакции одних и тех же критериев, а не противоречие по существу.

Почему пересмотр диагноза имеет цену

Часть диагнозов при пересмотре оказывается другим заболеванием: заболеванием спектра оптиконевромиелита (NMOSD), MOG-ассоциированным заболеванием (MOGAD), васкулитом или сосудистыми изменениями.

Цена ошибки высокая и вполне конкретная. При NMOSD с антителами к аквапорину-4 interferon beta, natalizumab и модуляторы S1P способны утяжелить течение — это документированный вред. При MOGAD основная проблема другая: привычные препараты от рассеянного склероза там, как правило, просто не работают, и время уходит впустую. Поэтому при нетипичной картине до старта терапии проверяют антитела к аквапорину-4 (AQP4-IgG) и к MOG. Это одно из немногих мест, где своевременный анализ прямо предотвращает вред.

---

• Зрительный нерв признан пятой анатомической зоной ЦНС для доказательства диссеминации в пространстве.
• Индекс каппа-свободных лёгких цепей в ликворе может использоваться как альтернатива олигоклональным полосам IgG.
• Признак центральной вены и парамагнитный ободок вокруг очага на МРТ добавлены как признаки, повышающие специфичность диагноза.
• Диссеминация во времени перестала быть обязательным требованием: диагноз возможен уже при первом обращении, если очаги есть в четырёх-пяти топографиях или найдены высокоспецифичные маркеры.
• Критерии стали едиными для ремиттирующего и прогрессирующего течения и для всех возрастов — от детского дебюта до позднего.

3. Стандартная терапия: как устроен мировой стандарт

Основа лечения во всём мире одна — препараты, изменяющие течение заболевания (ПИТРС). Они не восстанавливают повреждённое, но снижают частоту обострений и накопление очагов.

Рассеянный склероз входит в российскую программу высокозатратных нозологий, и значительную часть ПИТРС государство обеспечивает бесплатно. По этим препаратам лететь «за лекарством» незачем. Сложность обычно в другом: как быстро удаётся перейти на высокоэффективный препарат — это решение врачебной комиссии, и по регионам оно даётся очень по-разному. Отдельная группа — современные молекулы, которые в России недоступны или доступны не всем; если врач называет именно такой препарат, это стоит проверять заранее.

3.1. Высокоэффективная линия

Их назначают при активном течении, а всё чаще — с самого начала, не дожидаясь неудачи базисной терапии. В российской практике применяют также rituximab (ритуксимаб) вне зарегистрированных показаний, по решению врачебной комиссии; при разборе документов это учитывают.

3.2. Препараты умеренной эффективности

Interferon beta (интерферон бета), glatiramer acetate (глатирамера ацетат), teriflunomide (терифлуномид), dimethyl fumarate (диметилфумарат). Выбор зависит от активности болезни, переносимости и планов на беременность.

3.3. Таблетированные препараты

Перед стартом модуляторов S1P делают кардиологическую оценку, смотрят глазное дно и иммунитет к вирусу варицелла-зостер. Наблюдение при приёме первой дозы нужно не всему классу: для финголимода оно обязательно, для понесимода и сипонимода требуется у части пациентов — с исходными нарушениями проводимости и ритма, для озанимода рутинно не проводится. Прививаться нужно заранее: на терапии живая вакцина противопоказана.

3.4. Планы на детей — то, о чём забывают чаще всего

3.5. Лечение обострения

Короткий курс высоких доз метилпреднизолона ускоряет восстановление, но на долгосрочный исход не влияет и при лёгком обострении не обязателен. При стероид-рефрактерном обострении обсуждают плазмообмен (PLEX).

Прежде чем лечить обострение, исключают инфекцию: на её фоне старые симптомы возвращаются без нового воспаления (псевдообострение), и гормоны здесь только навредят.

3.6. Симптоматическая терапия и реабилитация

Именно она меняет обычный день: спастичность (баклофен, тизанидин, при локальной спастике — ботулотоксин), нейрогенный мочевой пузырь, нейропатическая боль, утомляемость, тремор, работа с ходьбой и равновесием. Для улучшения ходьбы существует fampridine (фампридин): его назначают пробным курсом и продолжают только при измеримом эффекте.

Отказ от курения и контроль веса влияют на прогноз. Это не «приятное дополнение».

3.7. Программа безопасности: что проверяют и когда

Когда к врачу в тот же день: лихорадка на иммуносупрессивной терапии; острая потеря зрения на один глаз; нарушение глотания или дыхания; задержка мочи; впервые возникшая спутанность. Отдельно на natalizumab — нарастающие в течение недель изменения речи, поведения, мышления или полей зрения: так может начинаться ПМЛ.

3.8. График инфузий и анализов — то, что ломает поездки

Об этом почти нигде не пишут, а именно здесь чаще всего рушится план.

Схемы привязаны к календарю. Natalizumab вводят каждые четыре недели, и пропуск или задержка дозы может обернуться тяжёлым рикошетным обострением — сдвигать его самостоятельно под перелёт нельзя. Ocrelizumab вводят раз в полгода, ofatumumab — ежемесячно подкожно. Alemtuzumab требует ежемесячных анализов крови и мочи 48 месяцев после последней инфузии. Модуляторы S1P и BTK-ингибиторы — регулярного лабораторного контроля.

Практический вывод простой: поездку планируют между плановыми введениями и контрольными анализами, а не «когда взяли билеты». Если вы обсуждаете обследование за границей, первое, что стоит назвать координатору, — препарат и дата следующей инфузии.

---

• Антитела к CD20: ocrelizumab (окрелизумаб), ofatumumab (офатумумаб), ublituximab.
• Антитело к α4-интегрину: natalizumab (натализумаб).
• Антитело к CD52: alemtuzumab (алемтузумаб).
• Модуляторы S1P: fingolimod (финголимод), ozanimod, ponesimod; при активном вторично-прогрессирующем течении — siponimod.
• Cladribine (кладрибин) в таблетках — курсовая схема.
• Teriflunomide тератогенен и долго выводится. При планировании беременности проводят процедуру ускоренного выведения холестирамином или активированным углём с контролем концентрации в плазме. Это касается и мужчин.
• После cladribine беременность не планируют минимум 6 месяцев с последнего курса.
• Резкая отмена natalizumab и модуляторов S1P может спровоцировать тяжёлое обострение, иногда более выраженное, чем до начала лечения. Отмена «под зачатие» без врача опаснее, чем кажется.
• Разговор о том, какой препарат совместим с планами, за сколько его отменяют и что делать после родов, ведут до зачатия, а не после положительного теста.
• Natalizumab — антитела к вирусу JC и их индекс, регулярно. Риск прогрессирующей мультифокальной лейкоэнцефалопатии (ПМЛ) зависит от индекса антител, длительности терапии и предшествующей иммуносупрессии в анамнезе.
• Анти-CD20 препараты — гепатит B и уровень иммуноглобулинов до старта, далее по графику.
• Alemtuzumab — кровь и моча ежемесячно 48 месяцев после последней инфузии: бывает отсроченный вторичный аутоиммунитет.
• Модуляторы S1P — сердце, глазное дно, иммунитет к варицелла-зостер до старта.
• BTK-ингибиторы — АЛТ еженедельно первые 12 недель.

4. Что изменилось за два года: BTK-ингибиторы

Это главная новость последних лет и одновременно главный источник путаницы.

4.1. Первый препарат при непрогрессирующем вторично-прогрессирующем течении

Регистрация. Европейская комиссия одобрила tolebrutinib для взрослых со вторично-прогрессирующим рассеянным склерозом без обострений в течение последних двух лет. Регистрационное удостоверение, действующее на территории ЕС, датировано 19 июня 2026 года; компания-производитель объявила об одобрении 23 июня 2026 года. Это первое в ЕС одобрение препарата, нацеленного именно на прогрессирование инвалидизации в этой группе. Формулировка показания важна практически: человек с обострением год назад под него не попадает. Первое в мире одобрение препарат получил в ОАЭ 26 августа 2025 года.

А в США — отказ, и по существу. FDA 23 декабря 2025 года выдало complete response letter. Причина не процедурная: регулятор счёл риск тяжёлого лекарственного поражения печени «существенным и необычно высоким» (шесть тяжёлых случаев примерно на 2700 пролеченных, один — с трансплантацией печени и смертельным исходом) и указал, что не смог выделить популяцию, в которой польза явно перевешивала бы этот риск. Мы приводим это не для драматизации: разные регуляторы, глядя на одни и те же данные, приняли разные решения — и это ровно та ситуация, когда осторожность уместнее энтузиазма.

Что показало исследование. HERCULES (*New England Journal of Medicine*, 2025): 1131 участник, рандомизация 754 на препарат и 377 на плацебо, медиана наблюдения 133 недели. Подтверждённое прогрессирование инвалидизации, сохранявшееся не менее 6 месяцев, наступало реже, чем на плацебо, и разница статистически значима. Важно, как её читать: относительное снижение риска звучит примерно вдвое сильнее, чем абсолютная разница между группами, а большинство участников в обеих группах за два с половиной года подтверждённого прогрессирования не имели. Серьёзные нежелательные явления встречались чаще, чем на плацебо. Точные значения с доверительными интервалами — в публикации, ссылка в конце статьи.

Это замедление, а не остановка.

Главный риск — печень. Описаны тяжёлые лекарственные поражения печени, включая смертельный исход; случаи, соответствующие критериям Хая (Hy's law), пришлись на первые месяцы приёма. Еженедельный контроль АЛТ первые 12 недель — не формальность: именно он ловит повышение ферментов раньше.

Отдельно о подгруппах HERCULES. В публичных материалах встречаются цифры по подгруппам с накапливающими контраст очагами и без них. Мы их здесь не приводим: точные значения с доверительными интервалами доступны только в приложении к публикации. Содержательно можно сказать так: польза была отчётливее у пациентов с признаками активного воспаления.

4.2. Что происходит при первично-прогрессирующем течении

Ситуация изменилась в 2026 году, и старые тексты за ней не поспевают.

Что это означает практически на сентябрь 2026 года: ни один BTK-ингибитор при первично-прогрессирующем течении нигде не зарегистрирован. Регистрационные заявки по fenebrutinib подаются по итогам прочитанных исследований, но доступного препарата по этому показанию пока нет.

4.3. Что зарегистрировано при первично-прогрессирующем течении сейчас

Единственный зарегистрированный препарат — ocrelizumab. Эффект умеренный: он замедляет накопление инвалидизации, но не останавливает болезнь. В Евросоюзе показание ограничено ранней стадией с признаками воспалительной активности на снимках.

---

• PERSEUS (tolebrutinib при первично-прогрессирующем течении) — отрицательное исследование: значимой пользы препарат не показал.
• FENtrepid (fenebrutinib против ocrelizumab при первично-прогрессирующем течении, 985 пациентов; топлайн вышел в ноябре 2025 года, подробности доложены в феврале 2026-го). Дизайн был на не-меньшую эффективность, и эту точку исследование достигло. Превосходства над ocrelizumab по композитному подтверждённому прогрессированию инвалидизации не показано: различие между группами статистически не значимо. Отдельно отмечен более выраженный эффект по тесту руки с девятью колышками. Точные значения с доверительными интервалами — в материалах производителя, ссылка в конце статьи.
• И вторая половина той же публикации, которую обычно не цитируют. По безопасности fenebrutinib проиграл сравнению: повышение печёночных ферментов — 13,3 % против 2,9 % на ocrelizumab, летальные исходы — 1,4 % против 0,2 % (расценены исследователями как не связанные с препаратом). Серьёзные нежелательные явления сопоставимы (19,1 % против 18,9 %). Мы приводим это специально: страница, которая цитирует только выигрышную половину результата, вводит читателя в заблуждение.
• FENhance 1 и 2 (fenebrutinib против teriflunomide при ремиттирующем течении, 1497 участников) прочитаны в 2026 году: препарат снизил частоту обострений по сравнению с teriflunomide в обоих исследованиях. Подробности доложены на конгрессе AAN в апреле 2026 года.

5. Витамин D: что показало исследование D-Lay MS

Эту тему стоит закрыть прямо, потому что она порождает больше всего ложных надежд.

D-Lay MS (*JAMA*, март 2025) — исследование у нелеченых пациентов с клинически изолированным синдромом длительностью менее 90 дней и уровнем витамина D ниже 100 нмоль/л. Рандомизировано 316 человек, в основной анализ вошли 303 (156 получали холекальциферол 100 000 МЕ каждые две недели, 147 — плацебо), наблюдение 24 месяца.

Первичная точка — активность болезни (обострение и/или новые либо накапливающие контраст очаги на МРТ) — наступила у 60,3 % в группе витамина D против 74,1 % на плацебо (отношение рисков 0,66; 95 % ДИ 0,50–0,87). Медиана времени до активности составила 432 дня против 224 дней.

Но: различие набрано за счёт МРТ. Частота обострений между группами значимо не различалась.

Как добавка к уже начатой ПИТРС витамин D изучался — и не сработал. Рандомизированные исследования SOLAR (добавление к interferon beta-1a), VIDAMS (к glatiramer acetate) и CHOLINE первичную точку не выполнили.

Вывод простой: витамин D восполняют при дефиците, потому что дефицит сам по себе лечить надо. Средством лечения рассеянного склероза он не служит и ПИТРС не заменяет.

---

6. «Стволовые клетки при рассеянном склерозе»: два разных разговора

За этими словами скрываются две несовместимые вещи. Их регулярно путают — иногда добросовестно, иногда нет.

6.1. Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток (АТГСК, AHSCT)

Что это. Сначала забирают ваши кроветворные клетки, потом высокодозной химиотерапией обнуляют аутоагрессивный иммунитет, затем клетки возвращают. Работает химиотерапия. Клетки нужны для того, чтобы её пережить.

Где база есть. В одной ситуации: агрессивное ремиттирующее течение с сохраняющейся активностью на высокоэффективной терапии. Так это сформулировано в рекомендациях ECTRIMS и EBMT 2025 года. Важно понимать статус документа: это консенсусная рекомендация, а не регистрационное показание. Решение всё равно принимает трансплантационный центр по своим критериям отбора.

Где вопрос открыт. Прямое сравнение АТГСК с современной терапией эскалации ещё идёт: исследование BEAT-MS (156 пациентов) продолжает набор, первичный анализ по плану приходится на конец 2026 года, а наблюдение — до 2029 года. Эти сроки стоит сверять с записью в реестре: они не раз сдвигались.

Безопасность. Регистровый анализ EBMT на 1114 пациентах с рассеянным склерозом (*Bone Marrow Transplantation*, 2025) показал: в первые 100 дней после трансплантации умерли 2,0 % при режиме BEAM/ATG и 1,0 % при циклофосфамиде с ATG; различие между режимами статистически не значимо (p = 0,19). Это данные за многие годы и разные периоды, включая исторические когорты; в опытных центрах последних лет показатели ниже, и конкретную цифру называет тот центр, который вас берёт.

Кроме летальности: период глубокой нейтропении, когда опасна любая инфекция; частая утрата фертильности; позже — вторичные аутоиммунные состояния. О заморозке спермы или яйцеклеток говорят до начала подготовки — потом будет поздно.

Кого обсуждают. Как правило, пациентов, сохраняющих самостоятельную ходьбу (ориентировочно EDSS до 6,0): при исходно тяжёлой инвалидизации риск растёт резко. Лучшие результаты описаны у людей моложе 45 лет с длительностью болезни менее 10 лет. Противопоказания: активная инфекция, тяжёлая сердечная, почечная или печёночная недостаточность, активная онкология, беременность.

И главное. Без признаков воспаления — без обострений, без новых и накапливающих контраст очагов — высокодозная химиотерапия пользы не показала. АТГСК останавливает воспаление; утраченные функции она не возвращает.

6.2. Что собрать, если вы хотите понять, обсуждают ли АТГСК в вашем случае

Это самый частый практический вопрос, и на него можно ответить по документам, ещё до всяких поездок. Трансплантационный центр будет смотреть на признаки сохраняющейся воспалительной активности на фоне высокоэффективной терапии. Соберите дома:

С этим пакетом врач уже может сказать, есть ли формальные основания выносить вопрос на консилиум трансплантационного центра — или активности нет и высокодозная химиотерапия смысла не имеет. Отбор в любом случае ведёт сам центр.

6.3. Мезенхимальные стромальные клетки (MSC)

Это то, что чаще всего предлагают коммерческие клиники по всему миру, в том числе под вывеской «лечение рассеянного склероза стволовыми клетками».

MSC вводят как иммуномодулятор. Иммунную систему они не перестраивают.

В крупнейшем исследовании MESEMS (*The Lancet Neurology*, 2021) первичная точка — число накапливающих контраст очагов на МРТ — не была достигнута, различий с плацебо не было. И это были аутологичные клетки костного мозга. Для пуповинных и донорских MSC, которые чаще всего и предлагают на коммерческом рынке, качественных рандомизированных данных при рассеянном склерозе нет — есть только небольшие пилотные и нерандомизированные работы.

Отдельно стоит сказать про регистрацию. На сентябрь 2026 года зарегистрированного клеточного препарата именно для лечения рассеянного склероза мы не нашли ни в одной юрисдикции: MSC-продукты, одобренные регуляторами Южной Кореи, Японии и ряда других стран, зарегистрированы по другим показаниям, а при рассеянном склерозе клеточная терапия остаётся предметом клинических исследований. Это утверждение датировано — если появится зарегистрированный препарат, статью нужно будет обновить.

Практический совет: спрашивайте у любой клиники, предлагающей MSC при рассеянном склерозе, на каком именно исследовании построено предложение. Если в ответ звучат только отзывы и собственная статистика — разговор окончен.

Если вам уже вводили MSC и вы не отменяли ради этого ПИТРС, вреда, скорее всего, нет — но и пользы ждать не от чего. Опасность начинается там, где ради клеток просят прервать основную терапию.

---

• выписки с датами и описанием всех обострений за последние два года;
• все МРТ головного и спинного мозга за этот период — в DICOM, а не только заключения: важно сравнение снимков между собой;
• перечень принимавшихся ПИТРС с датами начала и окончания и причинами смены;
• балл EDSS в динамике, если он фиксировался;
• результат исследования ликвора и, при нетипичной картине, антитела к аквапорину-4 и MOG.

7. Что из этого доступно в Китае и в кластере Боао Лэчэн

Боао Лэчэн — международная пилотная зона медицинского туризма на восточном побережье Хайнаня, в городском уезде Цюнхай. В зоне легально доступны препараты и технологии, не зарегистрированные в остальном Китае, а больницам высшей категории разрешены клеточные технологии по утверждённым проектам.

Чего при рассеянном склерозе в кластере нет. На сентябрь 2026 года рассеянного склероза в перечне утверждённых клеточных проектов кластера нет. Трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток здесь не выполняют — это гематологическая процедура, она требует трансплантационного центра с соответствующим отделением. В России такие центры есть.

Что при рассеянном склерозе реально можно сделать в кластере.

1. Пересмотр диагноза. МРТ головного и спинного мозга с контрастом по протоколу, исследование ликвора, при нетипичной картине — антитела к аквапорину-4 и к MOG. Что выполняют на своей базе, что отправляют в референс-лабораторию и в какие сроки — вам называют до поездки, под ваш конкретный запрос. Часть результатов может прийти уже после возвращения домой, и это нормально: важно знать об этом заранее. 2. Второе мнение по терапии. Тип течения, активность, что уже применялось, есть ли основания для эскалации, есть ли формальные основания обсуждать АТГСК в трансплантационном центре. 3. Вся диагностика одним блоком. МРТ, ликвор, анализы и осмотр невролога за несколько дней подряд, а не по одной процедуре в месяц. Это и есть главная практическая причина ехать: дома такой же объём обычно растягивается на месяцы. 4. Фиксация исходных цифр. Балл по шкале EDSS, тест ходьбы на 25 футов (T25FW), тест руки с девятью колышками (9-HPT). Без них через год не с чем сравнивать. Состав заключения согласуют до поездки — шкалы выполняет невролог госпиталя, и просить их надо заранее, а не в день выписки. 5. План реабилитации. Спастичность, ходьба, равновесие, утомляемость.

Отдельный вопрос — доступ к тому, чего нет дома. Смысл пилотной зоны именно в этом, и при рассеянном склерозе такой сюжет сегодня ровно один: препарат, одобренный в ЕС при вторично-прогрессирующем течении без обострений (раздел 4.1), в России не зарегистрирован. Есть ли он в конкретном госпитале зоны и на каких условиях — это вопрос, который проверяют под запрос конкретного пациента и отвечают до покупки билетов. Заочно утверждать наличие нельзя, и ни один добросовестный посредник этого делать не станет. И ещё до вопроса о наличии стоит решить второй: препарат принимают ежедневно и первые 12 недель требуют еженедельного контроля АЛТ, поэтому начинать курс имеет смысл только тогда, когда понятно, как вы будете получать препарат и сдавать анализы дома.

Про традиционную китайскую медицину. Её часто ищут именно вместе с запросом «лечение в Китае». Отвечаем прямо: ПИТРС она не заменяет, а убедительных данных о влиянии на само течение болезни нет — качественных исследований при этом диагнозе мало. При этом её используют в работе со сном, спастичностью и утомляемостью как часть реабилитации: если вы хотите такой курс, вы должны понимать, зачем именно его берёте, а состав травяной прописи стоит зафиксировать письменно и показать своему врачу — часть сборов нагружает печень, и это важно на терифлуномиде и BTK-ингибиторах.

---

8. Логистика: как устроена поездка

Виза: её не нужно оформлять, и это снимает самый долгий пункт подготовки. Для граждан России действует безвизовый въезд на Хайнань на срок до 30 дней, и лечение прямо названо в перечне разрешённых целей. Здесь важна деталь, о которой часто забывают: работает именно региональный хайнаньский режим, а не общекитайский. Из этого следуют три практических условия.

Как добираются. Из России прямые рейсы есть в Санью — курортный город на юге острова. Кластер находится не в Санье, а на восточном побережье, в Цюнхае: это около 180 км и порядка двух с половиной часов наземного трансфера, дорогу при желании разбивают остановкой. В аэропорт Боао прямым рейсом из России прилететь нельзя.

Когда ехать: график инфузий. Это первое, что нужно согласовать (см. раздел 3.8). Поездку ставят между плановыми введениями и контрольными анализами. Самостоятельно сдвигать natalizumab нельзя.

Что входит и что нет. В программу обследования кластера (17 800 ¥ на одного, 24 800 ¥ на двоих) входят четыре дня, около 150 показателей и исследований, номер в отеле 5★, встреча в аэропорту Саньи, ежедневные трансферы отель — госпиталь и русскоязычный координатор. Отдельные исследования — МРТ с контрастом, ликвор, специфические антитела — считают по прайсу госпиталя сверх программы, как и дополнительные ночи. Смету на них разумно получить письменно до покупки билетов, а не по приезде.

Страховка. Медицинскую страховку на поездку оформляют заранее. Для человека на иммуносупрессивной терапии, летящего в тропики, это не формальность.

Климат и феномен Утхоффа. Хайнань — тропики. При рассеянном склерозе жара часто временно усиливает старые симптомы: слабость и «туман в голове» возвращаются на жаре и уходят, стоит телу остыть. Новых очагов при этом не появляется — это феномен Утхоффа, а не обострение. То же самое делают инфекция (в первую очередь мочевая) и любая лихорадка.

Практические выводы: обследования ставить на утро, номер брать с кондиционером (в программе он с кондиционером; проверять стоит при самостоятельном продлении), при возврате симптомов первым делом мерить температуру и искать инфекцию, а не начинать гормоны.

Вакцинация. На иммуносупрессивной терапии в тропиках выше риск инфекций, а живые вакцины на многих ПИТРС противопоказаны. Вакцинацию обсуждают до вылета, а не на месте.

Если станет хуже на месте. Это главный страх перед такой поездкой, и его стоит разобрать заранее. Географически вы находитесь не на курорте в стороне от медицины, а внутри медицинского кластера: госпитали в нескольких минутах, координатор на связи и переводит, а ваша история болезни уже у врача, который вас осматривал. Порядок действий простой. Сначала исключают псевдообострение — меряют температуру, ищут инфекцию. Если симптомы новые и держатся больше суток, организуют осмотр невролога кластера, и решение о пульс-терапии принимает он, а не координатор поездки. Программу обследования при этом сдвигают. Это, пожалуй, единственный сюжет, в котором находиться в кластере безопаснее, чем в отпуске в любой другой точке.

Что забрать домой — и почему это важнее, чем кажется.

Деталь, про которую часто забывают. После старта или смены ПИТРС через 3–6 месяцев делают новую базовую МРТ и дальше сравнивают уже с ней — иначе очаги, появившиеся до того, как препарат заработал, посчитают неудачей терапии. Следующий контроль обычно через 6–12 месяцев, по тому же протоколу и по возможности на том же аппарате. Неудача — это новое обострение или новые очаги, а не плохое самочувствие в жаркий день.

Осложнения после возвращения ведут врачи по месту жительства. Ни координатор, ни клиника кластера не окажут помощь на расстоянии, и это надо принять до поездки.

---

• Прилетать нужно на остров напрямую, без пересадки в материковом Китае. Транзит через Пекин, Шанхай или Гуанчжоу выводит вас из хайнаньского режима.
• Режим не даёт права выезжать с острова вглубь Китая. Если в планах материк, нужна обычная виза.
• Программы длиннее 30 дней требуют визы, оформленной в России до вылета. Обследование и диагностическая поездка укладываются в 30 дней с большим запасом, но длинный курс планируют заранее.
• Снимки в DICOM на диске или флешке, а не только распечатку с описанием. Ваш невролог должен иметь возможность открыть их в своей программе и сравнить со следующими.
• МРТ по стандартному протоколу РС — 3D FLAIR, тонкие срезы, с контрастом. Снимок «другой нарезкой» формально есть, а сравнивать его со своими исследованиями невролог не сможет, и вся ценность зафиксированных исходных цифр теряется. Протокол стоит оговорить до исследования.
• Письменное заключение с переводом, план терапии и график контроля.

9. Когда ехать не нужно

Список короткий и честный.

И отдельно про смену схемы: менять терапию имеет смысл только на препарат, который вы сможете стабильно получать дома. Рекомендация недоступного лекарства опаснее отсутствия рекомендации, потому что перерыв в терапии — это риск обострения.

---

• Болезнь стабильна на терапии. Обострений нет, контрольные МРТ делаются вовремя, новых очагов нет. Поездка не добавит ничего, кроме расходов.
• Сейчас обострение. Его лечат по месту жительства.
• Нужен только пересмотр снимков и выписок. Это работа с документами, её реально получить дистанционно, в том числе у российских специалистов.
• Речь идёт об отборе на трансплантацию. Её в кластере не делают; отбор ведёт консилиум неврологов и гематологов трансплантационного центра.
• Нет признаков воспаления, а обсуждается АТГСК. Без активности высокодозная химиотерапия пользы не показала.

10. Короткие ответы на частые вопросы

Можно ли вылечить рассеянный склероз? Нет. Метода, который устраняет болезнь и возвращает погибшие нервные волокна, сегодня нет ни в одной стране. Любое обещание излечения — повод уйти.

Сяду ли я в коляску? Индивидуальную траекторию никто не предсказывает. Но прогноз сегодня другой, чем двадцать лет назад: раннее начало эффективной терапии снижает частоту обострений и замедляет накопление инвалидизации.

Нужно ли прекращать ПИТРС перед поездкой? Самостоятельно — нет, ни в коем случае. Отмена natalizumab и модуляторов S1P может спровоцировать тяжёлое обострение.

Нужна ли виза? Для поездки до 30 дней — нет, если вы прилетаете на Хайнань напрямую. Подробности и ограничения — в разделе 8.

Что мой невролог дома сделает с китайским заключением? Оно оформляется письменно и с переводом: тип течения, активность, оценка снимков и ликвора, исходные баллы EDSS, T25FW и 9-HPT. Ваш врач не обязан с ним соглашаться. Но спорить с зафиксированными цифрами и снимками содержательнее, чем с пересказом, и решение о вашей терапии остаётся за ним — это правильный порядок вещей.

---

Источники

---

Если после этой статьи у вас остался вопрос «а мой случай — это который», его проще решить не чтением. Пришлите выписки и снимки: доктор Ян читает русские документы в оригинале и скажет, есть ли смысл ехать. Разбор бесплатный, и ответ «ехать не нужно» — тоже ответ.

• Diagnosis of multiple sclerosis: 2024 revisions of the McDonald criteria. *The Lancet Neurology*, 2025 — https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/40975101/
• Tolebrutinib in Nonrelapsing Secondary Progressive Multiple Sclerosis (HERCULES). *New England Journal of Medicine*, 2025 — https://www.nejm.org/doi/abs/10.1056/NEJMoa2415988
• Cenrifki (tolebrutinib): страница препарата Европейского агентства по лекарственным средствам — https://www.ema.europa.eu/en/medicines/human/EPAR/cenrifki
• Sanofi. Одобрение в ЕС, пресс-релиз от 23 июня 2026 года — https://www.sanofi.com/en/media-room/press-releases/2026/2026-06-23-05-00-00-3315699
• FDA cites severe liver injury risk, unclear benefit behind Sanofi's MS drug rejection. *Fierce Biotech*, 2026 — https://www.fiercebiotech.com/biotech/fda-cites-severe-liver-injury-risk-unclear-benefit-behind-sanofis-ms-drug-rejection
• Roche. FENtrepid: результаты при первично-прогрессирующем рассеянном склерозе, пресс-релиз от 7 февраля 2026 года — https://www.roche.com/media/releases/med-cor-2026-02-07
• Roche. FENhance 1 и 2: результаты при ремиттирующем течении, пресс-релиз от 21 апреля 2026 года — https://www.roche.com/media/releases/med-cor-2026-04-21c
• High-Dose Vitamin D in Clinically Isolated Syndrome Typical of Multiple Sclerosis: The D-Lay MS Randomized Clinical Trial. *JAMA*, 2025 — https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC11894546/
• Safety, tolerability, and activity of mesenchymal stem cells versus placebo in multiple sclerosis (MESEMS). *The Lancet Neurology*, 2021 — https://www.thelancet.com/journals/laneur/article/PIIS1474-4422(21)00301-X/abstract
• Mesenchymal Stem Cell Therapies Approved by Regulatory Agencies around the World, 2023 — https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC10536665/
• BEAM/ATG or cyclophosphamide/ATG as conditioning regimen in autologous haemopoietic stem cell transplantation for multiple sclerosis: EBMT Autoimmune Diseases Working Party. *Bone Marrow Transplantation*, 2025 — https://www.nature.com/articles/s41409-025-02715-x
• Autologous haematopoietic stem cell transplantation for treatment of multiple sclerosis and neuromyelitis optica spectrum disorder — recommendations from ECTRIMS and the EBMT. *Nature Reviews Neurology*, 2025 — https://www.nature.com/articles/s41582-024-01050-x
• BEAT-MS: Best Available Therapy Versus Autologous Hematopoietic Stem Cell Transplant for Multiple Sclerosis, NCT04047628 — https://clinicaltrials.gov/study/NCT04047628